Роды прошли без осложнений. Новорожденный уже дома, в семейном особняке Гешко.
Мы зараннее подготовили малышу отдельную комнату, – рассказал счастливый отец «Главреду». – Признаюсь, мы еще раньше благодаря УЗИ узнали, что родится именно сын. Конечно, рождение ребенка вызывало у меня самые лучшие чувства. Даже лучше, чем когда я стал чемпионом мира. Почти до самых родов был рядом с женой. Но при рождении не присутствовал. Это зрелище не для меня. Хотя уже через 15 минут после родов я держал своего сына на руках. Тяжелый он у меня. Я, например, при рождении весил 2,8 кг.
Мы с Олесей еще накануне посоветовались и решили, что назовем нашего сына Тарасом. Имя хорошее, и нам обоим нравится (кроме того, покойный отец Ивана – Тарас. – Авт). Окрестим Тарасика недели через три в церкви моего родного села Кливодины.
Вы помогаете жене ухаживать за сыном?
Всей семьей готовимся к Олимпиаде, поэтому ночью за Тарасом присматривает жена. Я же охотно вожусь с сыном после тренировок. Внимания ему теперь достаточно – бабушка, Олеся... Даже я уже пеленать научился.
Выходит, в этом году вы как-то спонтанно наладили свою личную жизнь.
Да, в конце весны женился. Хотя свадьбы как таковой не было. Дело в том, что на то время еще не прошло года со дня смерти моего отца. Поэтому собрались только наши с Олесей родители, ближайшие друзья, расписались в рагсе, обвенчались в Кливодине. Вот и все празднование.
Познакомьте наших читателей со своей женой. Кто она?
Она моя землячка, тоже родом с Буковины. У нее хороший голос, хотя профессионально петь Олеся не будет. А остальное? Она моя жена, рядом с ней мне уютно, чувствую себя спокойно. Возможно, этого покоя мне не хватало раньше.
Кроме того, вы переселились в дом, построенный собственными руками.
Собственными руками – громко сказано. Я просто постоянно общался со строителями, рассказывал им, каким вижу свой будущий дом. Фактически, активное участие в строительстве принимал от начала и до конца. При этом говорил, что мне не нужно хором, не нужно 20 комнат, в которых можно заблудиться. Только то, что нужно для повседневной жизни. Вышел домик на 270 квадратных метров: с фасада – двухэтажный, сзади – один этаж. Тут разместились две комнаты, спальня, гостиная, мой кабинет, кухня, душевая, амбар, гараж. В общем, большего и не нужно. Во дворе – сад и огород. В саду все, что хотелось бы поесть, – вишни, смородина, поречка.
Особняк – это ваша прихоть? Ведь думаю, при желании вы могли бы получить дом даже в столице…
Ну, я не так уж я богат. Живи я в столице, такое строительство мне обошлось бы в два-три миллиона долларов. Строительство частного дома в центре Кицмани, согласитесь, обойдется намного дешевле. К тому же, я мне не нравится, что в Киеве приходится по нескольку часов простаивать в пробках. У меня дома такого нет. Если нужно выбраться в областной центр, то сел в машину, 20 минут проехал – и уже в Черновцах. Кроме того, мне нравится уют и тишина дома в Кицмани. Когда на улице тепло, в любой момент могу выйти в сад, лечь в тени под деревцем и спокойно себе поспать. В мегаполисе что-либо похожее даже представить сложно.
Вы обмолвились, что уже тренируетесь. Полностью залечили травму, напомнившую о себе во время августовского чемпионата мира?
Прошло почти два месяца с того времени, как я перед стартовым забегом в Осаке почувствовал боль в задней поверхности бедра. Теперь уже восстановился, чувствую себя хорошо. Со своим тренером Георгием Миронюком начали подготовительный цикл к Олимпийским играм в Пекине. Успел принять участие в традиционной «Буковинской миле» в Черновцах, где победил. Могу сказать, что выходных у меня почти нет. Провел всего несколько дней без особых нагрузок, когда проводил открытые уроки в общеобразовательных школах в рамках проекта спортклуба «Биола» в разных городах Западной Украины.
В рамках подготовки к Олимпиаде планируете выезжать куда-то на сборы?
Пока занимаюсь в родной Кицмани, но где-то на ноябрь-декабрь запланирован выезд на сборы в Заросляк.
Но там в это время будет холодно...
Вот и хорошо. Главное, чтобы не жарко (смеется). А то в этом году уже так напарило, что и до сих пор трудно отойти.
