Гонка на выживание
Ралли автомобилей-внедорожников (точнее не ралли, а оффроуд) «Арктик-трофи», действительно, считается одной из самых опасных гонок в мире. И не просто опасной, а смертельно опасной. Стоит сказать, что трасса чемпионата забрала жизни двоих его основателей. Что же такое «Арктик-трофи»?
Трасса берет начало в российском Заполярье на побережье Баренцева моря. Проходит через центральную и северо-западную часть Кольского полуострова и завершается опять же на «баренцевом берегу».
Маршрут, по которому движутся машины – бесконечная цепь труднопроходимых, а то и вовсе непроходимых участков. Природа намешала здесь всего – горы, тундра и леса, вокруг сплошь камни, торфяные болота, броды, спуски и подъемы, на которых автомобили «ползут» с опасностью сорваться – угол наклона значительно превышает критический. Для любителей «пошалить с адреналином» да жизнью порисковать условия просто идеальные. Общая протяженность трассы – около 7 тысяч километров.
Плюс к тому организаторы чемпионата ужесточили правила до самой крайней степени… Можно сказать, утяжелили и без того невыносимые условия. Ни питания, ни технической и медицинской помощи. Если все же какой-либо из экипажей помощь попросит, то ему ее предоставят, но с соревнований снимут. То есть, рассчитывать приходилось только на свои силы. И при всем этом, необходимо было уложиться во время.
Украинцы в этом чемпионате участвовали впервые. Всего семь экипажей. Два автомобиля Land Rover Defender 90, две Toyota Land Cruiser 70b, УАЗ-469 и группа техподдержки на трех машинах. В состав команды вошли Виталий Павлов (президент клуба «Offroadmaster»), Виктор Журавлев, Олег Голик, Василий Осадчий, Дмитрий Самофалов и др. Достойным членом экипажа оказался и Эль Халаби Рафик Ареф – «украинец» ливанского происхождения.
Каждый автомобиль был специально подготовлен и оборудован для того, чтобы выдержать жесткие нагрузки и погодные условия Заполярья. В каждом экипаже было не более двух человек. Все перед чемпионатом прошли специальную подготовку, куда, помимо непосредственно вождения, входили навыки выживания в экстремальных условиях и оказания медицинской помощи.
По словам участников чемпионата, его организаторы предрекали украинским гонщикам «выход» с трассы. Были уверены, что и половины не пройдут. В великому изумлению хозяев, украинцы не просто преодолели все этапы, но и финишировали в полном составе и в установленное зачетное время. В результате, стали своими в когорте «внедорожных асов», завоевав титул «Арктик-трофи».
Конечно, не побывавшему в шкуре гонщика трудно представить всю тяжесть прошедшего оффроуда. Зато капитану украинской команды Виталию Павлову удалось своим рассказом убедить корреспондента «Главреда», что «арктическое ралли» является предприятием смертельно опасным без малейшего преувеличения…
«Ну, хохлы! Ну, молодцы!»
«Мы знали, что будет очень тяжело, но оказалось еще гораздо тяжелее,» - начал свой рассказ гонщик.
Досье. Виталий Павлов увлекся ездой в экстремальных условиях еще в первой половине 80-х годов. Начинал с «Нивы» и УАЗа. Позже пересел на иномарки. Вместе с группой единомышленников открыл клуб внедорожников «Offroadmaster», который сегодня является самым крупным в Украине. Количество членов клуба перевалило за 500. «Offroadmaster» регулярно проводит акции и соревнования.
- Это самое серьезное из всех экстремальных соревнований. Ничего сложнее нет. Всего было семь этапов. На первых двух ехали с максимальной осторожностью. Изначально поставили перед собой задачу пройти дистанцию чего бы то нам не стоило. Как-нибудь, худо-бедно, но пройти… Сейчас как вспомню, по какому рельефу двигались – мороз по коже. Горы, укосы, склоны такие, что машины находились под критическим углом. Приходилось в колесах спускать давление. Кстати, холод был страшенный. А сама трасса – сплошные камни. Еще полбеды, когда они видны. А вот те, что в воде и в грязи… Они и таили в себе главную опасность. На некоторых участках двигались по-черепашьи – приходилось снижать скорость до 5 километров в час. Такого бездорожья, которое мы испытали, в Украине не существует. Здесь бездорожье коварное.
Действительно, организаторы не воспринимали украинскую команду всерьез?
Они были совершенно уверены, что мы трассу не пройдем. Чуть ли не пари заключали, на каком этапе мы «сломаемся». И в этой связи имел место небольшой казус… Последние этапы гонки проходили через запретную зону, в которую требовался специальный пропуск. Так вот нам эти документы не выдали – настолько были убеждены, что еще до запретной зоны сойдем с трассы. На шестом этапе мы вопрос о спецдокументах поставили в категоричной форме. И таки выбили, хотя и не для всех. Остальных пропустили по звонку пограничникам – благо, у тех были списки участников чемпионата. Организаторы стали относиться к нам серьезно где-то после третьего этапа, когда поняли, что украинцы – сильный соперник. Сразу появилось уважение, а потом и дружеские чувства.
Что на трассе было сложнее – решать технические проблемы или «человеческие»?
Что касается техники, то здесь главной нашей заботой было – даже не ремонт – а усилия, чтобы ее сохранить до финиша. А вот моральный, человеческий фактор – этот момент посложнее. Приходилось постоянно контролировать. Причем, по возможности, не жестко, без нажима. Очень нелегко бывает сохранить нормальные взаимоотношения в группе, когда нервы у всех на пределе. Конечно, бывали срывы. Но мы их сглаживали.
Каким же образом?
Знаете, великая вещь – юмор. Если бы не он!.. У нас была радиосвязь, так мы себе дискотеки делали. Всю дорогу музыку крутили, песни орали. Даже конкурсы устраивали, кто лучше споет. Смешили, подкалывали, причем, не только друг друга, но и посторонних. Вот, например, случай в Кандалакше… Зашли в одинокое кафе, где нас встретила пышная буфетчица. А видок у нас был еще тот! Все в камуфляже, ремнях, грязи… Женщина с опаской спрашивает: «Вы кто?» А мы ей: «Спецназ. Везем пленного из Украины в Швецию.» И под крик «Руки за спину!» вводим нашего Рафика-ливанца. Буфетчица чуть в обморок не хлопнулась. Вовремя мы спохватились, объяснили, что к чему. Потом уже вместе посмеялись.
А где обычно останавливались на ночлег и питались?
В основном, ночевали в палатках. Хотя бывало, что и в гостиницах пытались. Правда, не всегда удачно… Проезжали печально известные Соловки и думали там остановиться. Номер в местной гостинице стоил 450 рублей. Но когда на «ресепшне» узнали, что мы из Украины, то как иностранцам заломили до 900 рублей за номер. Мы плюнули на такое гостеприимство и двинулись в сторону Мурманска – на город Кемь. По дороге встретили волков довольно грозного вида.
Еду же себя готовили обычно сами. Причем, с учетом того, что в нашей команде находился мусульманин Рафик. Поэтому, если кому-то из нас припекало отведать свининки или сала, то он готовил себе отдельно. А воду пили прямо из рек. Вода, к слову, отменная.
Кстати, из каких стран были ваши соперники на «Арктик-трофи»? Как у вас с ними складывались отношения?
Кроме россиян и нас – украинцев – были финны, шведы, норвежцы. Россияне, безусловно, были очень здорово подготовлены. Что касается «дальних иностранцев», то по техническому оснащению они, конечно, всех превосходили. Зато значительно уступали в навыках езды по бездорожью. В этом их слабость. Немудрено, что мы иностранцев обгоняли. Да и многих россиян тоже. Хотя первые три места на чемпионате заняли российские экипажы. Да, пару слов о призах… Честно говоря, призы были очень слабые. Какие-то небольшие туристические наборчики. Стульчики, например. Зато всем дошедшим до финиша и уложившимся в зачетное время были выданы дипломы.
Стоит сказать, что организаторы чемпионата к своим относились значительно лучше. К нам же – с прохладцей. Видимо, не рассчитывали, что мы так достойно пройдем трассу. А вот отношения с нашими российскими соперниками по трассе были совершенно иными… Один из российских экипажей попал в очень трудное и опасное положение. В результате, не только он, но и все остальные не могли переправиться через реку. Мы – ко всеобщему изумлению – достали скобы, инструменты и за 15 минут соорудили полноценный мост. Тем самым, обеспечили дорогу не только себе, но и соперникам. Все были нам страшно благодарны. И вообще, так сдружились с российскими экипажами, что те, после чемпионата, не хотели нас отпускать. На прощание говорили: «Ну, хохлы! Ну, молодцы!» Очень крепко подружились.
Неужели такой опасный чемпионат обошелся без неприятностей?
К сожалению, не обошлось… Одному из участников-россиян оторвало палец – не соблюдал правила безопасности при работе с домкратом. Но бедняге повезло, что рядом было озеро. Вызвали медпомощь, которая прибыла на катере. А не будь этого водоема – никакие спасатели не смогли бы сюда добраться.
Мы слышали, что основатели «Арктик-трофи» сами погибли на трассе… Когда и как это произошло?
Их было двое. Оба местные. Погибли в 1999 году. По официальной версии, угорели в машине. Но те сведения, которые нам удалось раздобыть, говорят о другом… По всей видимости, несчастье произошло во время переправы через реку. Один из ребят, скорее всего, утонул, а его товарищ замерз насмерть. На месте гибели им поставили памятник.
Виталий, положа руку на сердце, страшно было?
Мы же все нормальные люди! А всякому нормальному человеку свойственно испытывать чувство страха. Это как раз тот стимул, который впрыскивает адреналин, заставляет думать, действовать, искать выход из сложных ситуаций. Да, бывало очень страшно. Особенно, когда машина стоит в таком положении, что вот-вот упадет… Каким-то чудом ее удерживали, да еще умудрялись продолжать движение. Кто же при таком риске для жизни не испытает страх!?
Кстати, на «Арктик-трофи» вас пригласили или отправились туда по собственной инициативе? Планируете ли снова участвовать в этом чемпионате?
Об «Арктик-трофи» слышали давно и мечтали себя там попробовать. Это же супер – пройти испытание по такому абсолютному бездорожью! Хотя чувствовали, что к нам будут относиться с некоторым высокомерием. Ведь россияне по части оффроуда опережают нас лет на пятнадцать. Естественно, что у них и навыка, и опыта больше. Тем не менее, мы решили дерзнуть и показать все, на что способны. Выбрали самую экстремальную гонку из всех экстремальных. В итоге, заняли места с седьмого по десятое. Такой результат является отличным даже для неновичка, принимая во внимание, что в гонке участвовали 40 автомобилей.
Думаете переходить в категорию профессионалов?
А мы уже и так профессионалы. В этом чемпионате участвуют исключительно профи. Любителей там нет. Достаточно сказать, что теперь и мы обладаем самым почетным титулом – «Арктик-трофи».
Виталий, а как выдержал испытание ливанец Рафик? Все-таки южный человек и попал в условия Заполярья…
Он не мог не выстоять, потому, что мы его поддерживали и опекали. Опять же шутки и приколы помогали. А у Рафика с чувством юмора все в порядке. Он, как штурман-механик, был очень полезен команде.
«Заполярье похоже на Ливан»
Естественно, после таких слов я горел желанием задать несколько вопросов и самому «южанину». А тут, «на ловца и зверь бежит»… О чем-то сосредоточенно думая, навстречу шел сам Эль Халаби Рафик Ареф. «Окруженный» мной, он улыбнулся и охотно ответил на вопросы…
Рафик, как ты оказался в украинской команде? Ощущал себя иностранцем или «своим»?
Да я настоящий украинец (смеется)! Дело в том, что в Украине живу 18 лет. И семьей здесь обзавелся. Сыну уже 9 лет. Так что, если я и преувеличил насчет «украинца», то не много.
Твои впечатления от «Арктик-трофи»?
Это может показаться странным, но местность в Заполярье, через которую мы пробирались, во многом похожа на мой родной Ливан. Такая же горная, и такая же каменистая. Разве что таких болот и торфяников в Ливане нет. А так очень похоже.
Прошедшая гонка не отбила охоту снова туда поехать?
Наоборот, еще больше горю желанием. Мечтаю там участвовать уже не в качестве штурмана-механика, а в качестве пилота. Может быть, так и будет, если успею свою машину подготовить. Но то, что на следующий год обязательно поеду на чемпионат – это однозначно.
P.S. Фото с чемпионата «Арктик-трофи» специально для «Главреда» предоставил toplife.
